киёмидзу йоко

東京都立呪術高等専門学校

КИЁМИДЗУ
ЙОКО

имя: киёмидзу йоко [ kiyomizu yoko ]
возраст: 28 лет
дата рождения: 29 января
занятость: наставница в токийской школе магии

ранг: первый
врождённая техника: круговорот яда

внешность: bae joohyun
игрок: наоми

сокращения/прозвища:
древолаз («милое» прозвище, которое она получила из-за своей магической техники)

доска на пинтересте: ссылка
песня: wendy - sunkiss

родителям йоко сложно описать явления более счастливые, чем рождение их дочерей с разницей в десять лет. что ж... йоко — ребёнок долгожданный, в какой-то степени — чудо, потому что техника, передающаяся по материнской линии, она как отрава, впитывающаяся в молодое и более крепкое тело — тело первенца по женской линии.

яд, токсин, отрава — проклятье, питающее жилы маленькой девочки, ещё не умеющей пользоваться своими способностями. и всё хорошо, пока рядом мама. пока рядом надёжный учитель. пока существует дисциплина, правила, порядок.

йоко — ребёнок долгожданный, спланированный, для которого есть план «а», «б» и, возможно, на все другие буквы алфавита. разумеется, не менее любимый. отец и мама обожали свою девочку, её лелеяли, за неё боялись, её воспитывали, оберегали и никогда не давали даже допустить мысли, что способности, передающиеся ей, опасны или страшны.

семья киёмидзу жила при буддийском храме, веря в семейные и высокие, более божественные, ценности. и это вовсе не плохо: с юных лет девочку окружали заботливые люди, своеобразная община, если угодно. когда-то и мама йоко была мико при этом храме, обучаясь контролировать свои способности, эмоции, до тех пор, пока не поступила в токийскую школу магии. впрочем, обучение там не дало ей поводов не возвращаться в храм в своё время, единственное, уже с мужем — её истинной любовью, как она всегда говорила маленькой дочери. и хотя иногда женщина шутила, что смогла околдовать его своими чарами, маленькая киёмидзу верила ей безоговорочно.

из-за проклятой энергии, спавшей внутри йоко, детство киёмидзу прошло довольно тихо, потому что она часто чувствовала себя не слишком хорошо, но и не слишком плохо, ведь она могла играть в настольные игры, читать, прогуливаться, присутствовать при службах и брать пример с юных мико, за которыми, если мама не успевала досмотреть, йоко сбегала и следовала, повторяя каждое их движение. поэтому, когда девочка подросла, её, естественно, обучали церемониальным процедурам и ритуалам, исполнению кагура и других священных танцев, совершению подношений и созданию амулетов.

ближе к десяти годам, когда проклятая энергия перестала сгущаться в теле, мама сама принялась учить йоко тому, что знала и умела — тому, как не дать яду внутри навредить ей самой, окружающим и как использовать его во благо. главное правило — не забываться и всегда следовать плану, выполнять условия и не выходить за рамки, тогда киёмидзу будет в безопасности, очевидно.

полагаясь на слова родителей, йоко росла человеком добрым, нежным, заботливым, безусловно, она имела представление о горе, тяготах жизни, но это ни в коем случае не давало ей прогнить духовно — пусть физически так оно и было.

к тому же у йоко был любимый цветок — химавари. младшая сестра, точно такое же чудо, на которое не надеялись родители, была светом для киёмидзу, отрадой, и, наверное, больше всего йоко радовалась, что ей не уготована такая же судьба, что она в безопасности. и главное, чтобы была в безопасности от неё...

впервые мама ударила и накричала на йоко, когда ей было семнадцать, когда она не справилась, когда не смогла себя контролировать, и причина — вред младшей сестре... и хотя химавари пришла в себя через несколько дней, отделавшись лёгкой температурой, киёмидзу не могла себя простить... она уже взрослая, большая, а не может справиться, эмоции переполняют, она даёт им волю, и вот что выходит, вот что получается, её близкие оказываются в опасности.

в ряды первокурсников токийской школы йоко поступила незапланированно рано, как будто спасаясь бегством от своей ошибки, стараясь убедить себя, что здесь она станет лучше и ошибок не повторится. очень жаль, что она не учла, что школа эта совсем не похожа на тот мир, в котором она выросла, что чувства контролировать здесь ещё тяжелее, а у её проклятой энергии есть не одно лицо.

в течение нескольких лет йоко редко виделась с семьёй, делая исключения для химавари. в основном она занималась медитацией, тренировками, уходила в уединение, чтобы там высвобождать свою силу и находить ей применение — вместе с наставником, с однокурсниками выбиралась на задания. это было... пугающе, невозможность помочь пугала, и, наверное, когда-то тогда в арсенале киёмидзу появилось копьё, а через год — соответствующие навыки его использования.

токийскую школу киёмидзу окончила немного позже, ссылаясь на то, что ей ещё есть чему научиться. возможно, именно из-за её упорства, врожденного спокойствия и старательности ей вскоре предложили остаться учителем — в надежде, что сюда же поступит скоро и хима, йоко согласилась. впрочем, её попытки в преподавании не продлились больше двух лет, после чего она перешла в разряд обыкновенного наставника для студентов. большое общество её утомляло, а равновесие между общественной жизнью и уединением балансировало внутреннее и физическое состояние.

баланс, контроль, правила — это важно, потому что если их не соблюдать, случается непоправимое... йоко не любит об этом рассказывать или попросту не может. возможно, кому-то кажется, что она слишком добра, приветлива, спокойна, но ещё она может быть очаровательна, и она может любить. любить так сильно, что возможность потерять выбрасывает её за рамки, а проклятая энергия не контролируется, убивая, съедая и без того измученное тело на руках йоко — истерзанное монстром, а следом за ним — раздавленное киёмидзу.

ей было двадцать четыре, и она много плакала. она, возможно, плачет и сейчас, когда ей двадцать восемь, но спустя четыре года она прекрасно знает, как ей нужно двигать, что ей нужно испытывать, чему ей нужно научить, и, пожалуй, родители или кто-либо ещё в это лезть не должны.

– в детстве организм йоко отторгал собственный яд. пока девочка росла, проклятая энергия сгущалась в теле, вызывая слабость, лихорадку, онемение конечностей — тело защищалось от того, что должно было стать его неотъемлемой частью. мать учила её не подавлять, а принимать. терпеть. сращиваться с ядом, пока он не перестанет восприниматься как чужеродный. и однажды это случилось: кровь перестала жечь изнутри. организм привык, адаптировался, впустил отраву в свой постоянный состав.

– время от времени исполняет обязанности мико в храме, при котором живёт её семья; киёмидзу не задумывается о замужестве в силу своей ориентации, поэтому почти уверена, что когда она закончит с деятельностью наставника и активного мага в школе, полностью сосредоточится на службе в храме;

– йоко очень любит ароматические свечи, масла и, пожалуй, всё то, что помогает сосредоточиться на медитации. любимые запахи киёмидзу: пион, чайная роза, персик и миндаль.

– есть несколько способов, благодаря которым она успокаивается и приводит мысли в порядок: медитация, чтение, чай, кролики и … мечты обустроить личный сад.

– обучена чайной церемонии в традиционном исполнении; ей и самой это нравится. впрочем любовь йоко распространяется не только на сам процесс, но и на чай. киёмидзу сама собирает травы, сушит и организует их как единое целое; иногда носит с собой сбор в небольшом мешочке.

– глубоко не поддерживает решение родителей, отправить хивамари в киотскую школу – йоко убеждена, что как член семьи, она обязана защищать и оберегать свою младшую; киёмидзу не хочет, чтобы сестра проходила через то, что пришлось преодолеть ей, и йоко верит (и делает) в то, что она может сделать мир для химы безопасным и открытым. но для этого, как минимум, ей необходимо быть рядом, а она, увы, не привыкла пренебрегать своими обязанностями и опекать сестру двадцать четыре на семь.

– долгое пребывание в активном социуме утомляет йоко не из-за того, что она сторонится или ненавидит окружающих, просто ей не хватает личного пространства, сил и времени, чтобы себя проконтролировать – сдержать в описанных рамках. поэтому для многих дел у неё есть чёткий план, можно даже сказать, расписание, отход от которого немного сбивает киёмидзу с построенной линии.

– проклятая техника йоко не всегда может быть свободна использована в бою, в частности, если она не одна пытается избавиться от проклятья, по этой причине киёмидзу научилась пользоваться холодным оружием – и за самое эффективное считает своё копьё. и хотя оно полностью выполнено из серебра, мягкого металла, копьё остаётся прочным благодаря проклятой энергии йоко.

– несмотря на мастерское владение копьём, в планах и записной книжке йоко есть эскизы другого оружия – веера-тэссен.

– киёмидзу не очень любит фотографироваться, потому что это хобби её «бывшей» - погибшей на её же руках – девушки.

– из-за специфики своей техники и работы наставником йоко досконально изучила основы магической и обычной травматологии. и хотя она владеет базовой обратной техникой, и способна исцелить небольшие раны на себе, она не способна воздействовать таким образом на других, а потому медицинские знания простых людей время от времени ей очень даже пригождаются.

круговорот яда

техника, передающаяся от матери к дочери – токсичный яд, продирающий насквозь, выбирает себе болею молодую жертву в женском лице. не оружие и не проклятие в чистом виде.

смертельный яд с рождения живёт в маге, медленно поедая его до тех пор, пока тот не научится его контролировать; отрава обладает уникальной токсичностью и не имеет противоядия в мире в чистом виде – разработать его возможно только с помощью крови шамана-носителя. мама рассказывала, что в семье есть предание, по которому их далёкая родственница обещала отомстить за близких и обрекла саму себя на проклятие – носить внутри себя яд, отталкивающий и убивающий всех. это правда, что без умения контролировать магическую технику яда, маг становится непредсказуем и опасен; хотя проклятая энергия внутри борется с токсином, не позволяя носителю умереть, это не значит, что он безопасен для окружающих.
киёмидзу же с первых осознанных минут своей жизни в роли мага пыталась найти своей технике более миролюбивое применение, чем отравление… самое ценное, что йоко может предложить в бою – очищение. если союзник отравлен, проклят или поражён чужой разъедающей техникой, она способна вытянуть эту субстанцию прямым контактом. она вбирает в себя чужую порчу, пропускает через собственную кровь, где та расщепляется и обезвреживается её адаптированным организмом. процесс этот небыстрый и требует полной сосредоточенности.

в наступательном бою йоко предпочитает использовать копьё, а не свою магическую технику, если она работает не в одиночку. впрочем, с возрастом она научилась переносить эффекты своей техники на своё оружие, так что более сподобна в бою с командой.

к атакующим техникам можно отнести две вариации яда. первая – жидкий концентрат, самый летучий и быстродействующий. она наносит его на остриё копья и в момент удара впрыскивает в плоть противника. попав в кровоток, этот яд вызывает паралич дыхательной мускулатуры, а при достаточной дозировке – остановку сердца. так как не у каждого проклятья имеются развитые органы, чаще всего это скорее вызывает ослабляющий, чем смертоносный мгновенный эффект. вторая форма – туман, который выпускается, рассеивая проклятую энергию в воздухе. он не убивает мгновенно, но оседает на слизистых и открытых ранах, вызывая жжение, головокружение, замедление рефлексов. отличный способ выиграть время, отрезать путь преследования, прикрыть отступление раненых. туман, увы, не различает своих и чужих, но союзники предупреждены, а йоко старается удерживать его в узком секторе, принимая дозу отравы в собственные лёгкие.